Сайт создан по благословению Высокопреосвященнейшего
Митрополита Тверского и Кашинского Виктора

Иеромонах Вениамин (Новик) К 175-летию первого выпуска Петербургской православной духовной академии: Актовая речь 10.12.89

История Петербургской, а ныне – Ленинградской Православной Духовной академии тесно связана с ходом всего русского духовного просвещения. Самое возникновение этого высшего духовно-учебного заведения было вызвано развитием тех просветительных принципов, внесенных в русскую жизнь реформами Петра I, детищем которого явилась в 1703 году и новая столица России Санкт-Петербург.

В 1721 году при Свято-Троицком Александро-Невском монастыре, основанном в 1710 году по велению Петра I, была открыта Славянская школа для обучения детей письму и чтению. В указе архиепископа Новгородского и архимандрита Александро-Невского монастыря Феодосия говорилось: «...учредить в общую пользу при Александро-Невском монастыре, для обучения юных детей чтению и письму, Славянскую школу, в которой как того монастыря служительских детей, так и сирот, не имеющих родителей и своего пропитания, и посторонних, кто кого отдать захочет, принимая детей от 5 до 13 лет, учить славянскому чтению и письму», - что свидетельствует об открытости школы для детей из всех сословий.

В Александро-Невской Славянской школе учились азбуке, письму, арифметике, грамматике. Грамоте учились на основе Псалтыри. В свободное время воспитанники, которых было при первом образовании школы около двадцати шести, обучались музыке и живописи. В 1725 году в Славянской школе было введено преподавание греческого и латинского языков, и сама школа была преобразована в «Славяно-греко-латинскую семинарию» для приготовления достойных служителей церкви, с восьмигодичным курсом обучения. В число преподаваемых предметов были включены также богословие, философия, риторика, история, география, геометрия, новые языки.

В 1788 году Александро-Невская семинария была преобразована в Главную Семинарию, куда посылались лучшие воспитанники из многих епархиальных семинарий. Теперь в задачу семинарии вошло приготовление наставников для духовных училищ Петербургской, Новгородской и других епархий. Круг предметов преподавания был восполнен курсами церковной и гражданской истории.

В 1797 году Главная семинария была переименована в Александро-Невскую академию с 7-летним сроком обучения. Несмотря на то, что это было большим шагом вперед, духовная школа нуждалась в дальнейшем усовершенствовании. В 1807 году план по усовершенствованию Духовных училищ, составленный епископом Старорусским Евгением (Болховитиновым, впоследствии митрополитом Киевским и Галицким), был рассмотрен Комитетом по реформе духовных учебных заведений, в который входили митрополит Новгородский и Санкт-Петербургский Амвросий (Подобедов), другие иерархи, а также обер-прокурор Священного Синода Александр Николаевич Голицын и государственный секретарь Михаил Михайлович Сперанский. В результате работы Комиссии духовных училищ — главного постоянно действующего органа по делам духовного образования, образовавшегося из Комитета по реформе духовных школ, — все духовные школы были разделены на четыре разряда: 1) приходские училища, 2) уездные училища, 3) епархиальные училища-семинарии и 4) академии. А вся школьная сеть была разделена на четыре округа во главе с академиями. По новому Академическому уставу, принятому в 1809 году и исправленному, и утвержденному в 1814-м, Петербургская академия была открыта в 1809-м, Московская академия в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре — в 1814-м, Киевская — в 1819-м, Казанская — в 1842-м. Высшие ступени прежней системы духовного образования теперь стали представлять среднюю духовную школу — семинарии. Духовные академии, открытые по новому уставу, были совершенно новым образованием, предназначенным для высшего богословского образования.

Новый Академический устав 1814 года определял задачу преподавания не только в том, чтобы сообщать учащимся определенный объем сведений, но и в том, чтобы «способствовать раскрытию собственных сил и способностей воспитанников». Поощрялось чтение внеучебной литературы и написание сочинений на всех ступенях учебного плана. От преподавателей требовалось, чтобы они «всегда держались на уровне последних открытий и успехов всех наук». Предметы, преподававшиеся в Петербургской Духовной академии, были следующие: всеобщая и церковная история, богословие догматическое, нравственное, полемическое, герменевтика, гомилетика, церковное право, философия, высшая математика, эстетика, языки древние: еврейский, греческий, латинский, и новые: французский и немецкий. Большое внимание, таким образом, уделялось не только богословско-церковным дисциплинам, но и общеобразовательным. Курс обучения продолжался четыре года. Для распространения и поощрения учености в духовенстве была создана Академическая конференция (роль которой сейчас выполняет Совет ЛДАиС), в которую входили: епархиальный архиерей, ректор академии, все профессора академии, а также почетные члены, избираемые как из духовных, так и из светских лиц. Комиссия духовных училищ определила численный состав 1-го курса в сто человек, причем для восполнения нехватки студентов после приемных экзаменов было решено привлечь наиболее способных студентов из других, еще не преобразованных по новому уставу академий: Киевской, Московской, Казанской, и семинарий: Ярославской, Псковской, Тверской и многих других. В состав преподавателей вошли лучшие из тех, кого можно было тогда подобрать. Первыми профессорами академии были: по классу богословских наук — архимандрит Евграф (Музалевский-Платонов), он же первый ректор академии, по классу философских наук — один из лучших профессоров в Европе И. Фесслер, он также преподавал и древнееврейский язык. Преподавание словесных наук взял на себя архиепископ Рязанский Феофилакт, европейски образованный человек, знавший новые языки и западную литературу. Физико-математические науки преподавал известный математик, академик Семен Емельянович Гурьев. Были также приглашены лучшие преподаватели из других семинарий, в числе которых был вызванный из Свято-Троицкой семинарии в Сергиевом Посаде славившийся своей ученостью иеродиакон Филарет (Дроздов), ставший вскоре, уже будучи архимандритом, третьим по счету ректором Петербургской академии, а впоследствии митрополитом Московским. Архимандрит Филарет стал, по выражению одного из его учеников, «истинным светочем» академии. В такой благоприятной обстановке при высоких требованиях учености и лучших методах преподавания и состоялось открытие Петербургской Духовной академии 17 февраля 1809 года (по старому стилю).

Первый выпускной курс академии, выпуска 1814 года, славное 175-летие которого исполняется в этом году, имел в своем составе 89 человек, разделенных Конференцией академии соответственно успехам, на три разряда: магистров, кандидатов и действительных студентов с правом студента университетского. При этом оказалось, что 26 выпускников окончили академию со степенью магистра богословия, 11 — старшими кандидатами богословия, то есть с правом на степень магистра по выслуге в училищной службе не менее одного года, 41 — со степенью кандидата богословия, 11 — со званием студента. Первым магистром академию окончил Герасим Петрович Павский (1787—1863), впоследствии протоиерей, доктор богословия, известный филолог и академик. Им открывается ряд даровитых студентов, из которых двенадцать были оставлены при академии на профессорские должности. В числе их были люди, прославившиеся составлением многих учебников и руководств по наукам академического курса, обогатившие впоследствии своими учеными трудами вообще богословскую науку и получившие высшую ученую степень доктора богословия. Вот имена некоторых лучших выпускников — магистров, оставленных при Санкт-Петербургской Духовной академии:

(уже упомянутый) Герасим Петрович Павский;

Григорий (Постников), ставший четвертым ректором академии, а впоследствии — митрополитом Петербургским и доктором богословия;

Кирилл (Богословский-Платонов), известный своими проповедями, впоследствии архиепископ Каменец-Подольский;

Мелетий (Леонтович) — подвижник благочестия, впоследствии архиепископ Харьковский и Ахтырский;

Моисей (Богданов-Платонов), доктор богословия, образованнейший человек, впоследствии ректор Киевской Духовной академии и Экзарх Грузии. Вместе с Мелетием (Леонтовичем), который был инспектором, архимандрит Моисей был начальным устроителем и руководителем Киевской академии;

Иоаким Семенович Кочетов — впоследствии протоиерей, доктор богословия, академик, глубокий знаток церковной и гражданской истории, известный также сочинениями по нравственному богословию;

Иродион Ветринский, известный своим трудом о христианских древностях в 5-ти частях.

Монашествующих в первом выпускном курсе академии было 14 человек, из которых 8 впоследствии занимали высшие иерархические посты (1 митрополит, 7 архиепископов).

Как видим, первый выпускной курс Санкт-Петербургской академии дал яркое созвездие крупных церковных деятелей и богословов, из которых более подробно я расскажу о трех: крупном деятеле науки, академике, протоиерее Герасиме Петровиче Павском, деятеле церковного руководства и управления митрополите Григории (Постникове) и подвижнике благочестия и аскете архиепископе Харьковском и Ахтырском Мелетии (Леонтовиче).

Герасим Петрович Павский (1787—1863) был принят во вновь открывшуюся Санкт-Петербургскую академию как один из лучших выпускников Санкт-Петербургской Духовной семинарии. Он был первым по успеваемости студентом, первым магистром, а затем первым доктором богословия из выпускников 1-го академического курса. Сведения о нем, рассыпанные в разных периодических изданиях, духовных и светских, рисуют перед нами образ протоиерея Герасима Павского как выдающегося деятеля духовного просвещения, знаменитого филолога гебраиста и слависта, искреннего патриота с высокими качествами правды и чести. Благодаря его редким душевным качествам, неистощимой доброжелательности, искренности, готовности помочь любому человеку, как брату во Христе, протоиерей Герасим Павский был любим и чтим очень многими.

После окончания академии он, как лучший выпускник, был оставлен бакалавром по кафедре еврейского языка. Еще в семинарии он изучил еврейский, латинский, греческий, немецкий и французский языки, но предметом его особого внимания был еврейский язык, так как он хотел читать Священное Писание на оригинальном подлинном языке, а значительная часть его — Ветхий Завет — написана на еврейском языке. Впоследствии протоиерей Герасим Павский обогатил себя знанием арабского и английского языков, основательно ознакомился с санскритом и финским языком. Он составил первое в России руководство по еврейскому языку, по которому обучались учащиеся духовных школ в течение полувека. Он положил начало богословско-научным принципам перевода Ветхого Завета, почти весь его переведя на русский язык (такого перевода в России еще не было, существовал только славянский перевод), перевел с греческого на русский язык Евангелие от Матфея, участвовал в процессе подготовки русского перевода Библии, осуществляемого лучшими учеными силами четырех Духовных академий. За труд, озаглавленный «Обозрение Книги псалмов» ему была присвоена ученая степень магистра богословских наук. В 1819 году он возглавил богословский факультет Петербургского университета, продолжая заниматься научно-преподавательской деятельностью в Духовной академии и неся священническое служение в Казанском соборе. В 1821 году протоиерей Герасим Павский становится одним из главных сотрудников журнала Петербургской Духовной академии «Христианское Чтение». Кроме статей, его перу принадлежит большая часть переводов из творений святых отцов и редакция всех остальных переводов из отцов Церкви, напечатанных в журнале до 1839 года. Ему принадлежат: первый по времени серьезный труд по методике преподавания Закона Божия в России, обширный труд «Филологические исследования над составом русского языка» в 4-х томах, один из лучших переводов славного памятника древнерусской поэзии «Слова о полку Игореве» и многие другие ученые труды. В 1858 году Отделение русского языка и словесности Императорской Академии наук избрало протоиерея Герасима Павского своим действительным членом. Протоиерей Герасим Павский вошел в историю в основном как ученый, но он был и ревностным, благоговейным служителем алтаря. Нередко во время совершения Божественной литургии у него на глазах появлялись слезы. В последние годы своей жизни, несмотря на значительное ухудшение здоровья, он продолжал строго соблюдать все посты и служить в церкви.

Протоиерей Герасим Павский скончался 7 апреля 1863 года на 77 году жизни. Отпевание было совершено митрополитом Санкт-Петербургским и Новгородским Исидором в сослужении с митрополитом Киевским Арсением и архиепископом Рижским Платоном.

В 1887 году в Санкт-Петербургской академии отмечалось 100-летие со дня рождения протоиерея Герасима Павского.

Митрополит Санкт-Петербургский и Новгородский Григорий (в миру Егор Петрович Постников) происходил из семьи духовного звания. После окончания Свято-Троицкой Московской семинарии был принят для получения высшего духовного образования во вновь открывшуюся Петербургскую Духовную академию. После окончания академического курса со степенью магистра он был оставлен при академии бакалавром по кафедре богословских наук. В это же время он принимает монашество и священные степени иеродиакона и иеромонаха. В 1817 году он возводится в сан архимандрита и в должность ректора Санкт-Петербургской Духовной академии, которую он исполнял в течение семи лет. За сочинение о Ветхозаветных пророчествах ему была присвоена степень доктора богословия. В 1822 году состоялась его хиротония во епископа Ревельского, викария Санкт-Петербургской епархии. Впоследствии Владыка Григорий последовательно занимал кафедры в Калужской, Рязанской, Тверской и Казанской епархиях уже в сане архиепископа и будучи членом Святейшего Синода.

В 1831 году открылись мощи святителя Митрофана Воронежского, оказавшиеся нетленными. Архиепископу Григорию было доверено принять главное участие в освидетельствовании святых мощей святителя.

Особенностью архиепископа Григория была его близость к пастве, в нужды которой он неустанно вникал, окормляя ее духовно, а подчас помогая и материально.

Где бы ни нес свое архипастырское служение Владыка Григорий, предметом его особого попечения была миссионерская деятельность. В 1853 году он основал при Казанской Духовной академии «Противораскольническое миссионерское отделение». Предметом ученой деятельности Владыки было изучение истории русского раскола XVII века, с последствиями которого он сталкивался в своей архипастырской деятельности. Архиепископу Григорию принадлежит множество проповедей и статей, несколько томов его слов и бесед, его главный научно-богословский труд в двух частях — «Истинно древняя и истинно православная Церковь», написанный в связи с его изучением старообрядства и выдержавший четыре издания, а также написанное им «Житие святых святителей и чудотворцев Гурия архиепископа Казанского и Варсонофия епископа Тверского».

В 1856 году Владыка Григорий был возведен в сан митрополита Петербургского и Новгородского и священно-архимандрита Свято-Троицкой Александро-Невской лавры. Владыка Григорий, будучи первоиерархом престольного города России, чутко прислушивался к настроениям своей паствы, призывая ее к покаянию, этой матери добродетелей христианских, неустанно заботился о церковном благолепии. Его служение в церкви отличалось величественностью и благоговением. Митрополит Московский Филарет (Дроздов) говорил о Владыке Григории: «Хотя он и ученик мой, но и мне есть чему от него поучиться».

Хорошо понимая роль книги в деле духовного просвещения, Владыка Григорий заботился и о пополнении библиотечного фонда в духовных школах. Так, по его ходатайству Казанской академии была передана (1855) богатая библиотека Соловецкого монастыря, имеющая в своем составе замечательное собрание древних рукописей. Он основал в 1821 году первый духовный журнал в России, издававшийся Петербургской академией, «Христианское Чтение», духовные журналы «Странник» (1860) и «Духовная беседа» (1857), издававшиеся в Петербурге, а также журнал Казанской Духовной академии «Православный собеседник» (1855).

Разнообразная и многолетняя деятельность Владыки Григория, его искренняя любовь к просвещению, вся его жизнь, исполненная любви и благотворительности к другим, представляющая высокий образец воздержания и строгости к себе, снискали ему всеобщую известность в России и за ее пределами. За архипастырскую и патриотическую деятельность Владыка Григорий был награжден высшим Российским орденом святого Андрея Первозванного. За ценнейшую научную деятельность митрополит Григорий был избран почетным членом Российской Академии наук.

Скончался Владыка Григорий 17 июня 1860 года в возрасте 75 лет, 38 из которых он отдал высокому архипастырскому служению. Надгробное слово было произнесено преосвященным Нектарием, епископом Выборгским, ректором Петербургской Духовной академии. Чин отпевания в присутствии императора Александра II совершили Высокопреосвященный Димитрий, архиепископ Херсонский, Преосвященные епископы Антоний Кишиневский, Григорий Калужский, Нектарий Выборгский и Леонтий Ревельский в сослужении с многочисленным петербургским духовенством. Высокопреосвященный Григорий, митрополит Санкт-Петербургский и Новгородский, был погребен в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры.

Святитель Мелетий (Леонтович) родился 6 ноября 1784 года в селе Старые Сенжары Полтавской губернии от благочестивых родителей Иоанна и Анастасии, по предкам духовного звания, и во святом крещении был наречен Михаилом. Домашнее воспитание Святителя проходило в самом раннем возрасте под благотворным влиянием его матери. На двенадцатом году он окончил Полтавское приходское училище, продолжил обучение в Екатеринославском Духовном училище, а затем в Екатерино-славской Духовной семинарии. В это время будущий Святитель испытывал значительные материальные трудности, а подчас и голод и холод, отличаясь при этом безупречно честным поведением, прекрасными способностями и благочестивым настроением. Промысел Божий вел трудным и жестким путем юношу Михаила к его великому призванию.

В 1809 году на двадцать четвертом году жизни он был послан по благословлению архиепископа Екатеринославского Платона учиться во вновь открывшуюся Санкт-Петербургскую академию. В 1814 году он окончил курс академии со степенью магистра богословия и был оставлен при академии бакалавром по кафедре греческого языка.

Постепенно в душе будущего Святителя утверждалось намерение принять монашество, но постриг его состоялся только через несколько лет.

Проходя должность бакалавра, Михаил Иванович Леонтович отличался своими высокими нравственными качествами. Суровость екатеринославского воспитания, монастырский образ жизни в стенах Петербургской Духовной академии, природная склонность к сосредоточенности — все это вместе выработало в нем деятеля рассудительного и стойкого.

В 1817 году Михаил Леонтович был назначен в Киевскую Духовную семинарию на должность инспектора и профессора церковной истории и греческого языка, а через два года он был назначен инспектором Киевской Духовной академии, и тогда же осуществилось его заветное желание о монашеском постриге. 11 февраля 1820 года в возрасте 35 лет будущий подвижник веры и благочестия, тогда еще мирянин, был пострижен в монашество с наречением имени Мелетий в честь Антиохийского Святителя (IV в.). Постриг совершил митрополит Киевский Евгений (Болховитинов), который в феврале того же года посвятил инока Мелетия в сан иеродиакона и иеромонаха. Пробыв, по церковному уставу, несколько дней и ночей в храме после пострига и совершив поклонение Киево-Печерским угодникам, инок Мелетий посетил старцев и схимников Лавры, прося у них молитв, благословения и духовного назидания.

Через два года отец Мелетий был назначен ректором Могилевской Духовной семинарии и настоятелем Кутенского Оршанского монастыря с возведением в сан архимандрита.

В 1823 году он был назначен ректором Псковской Духовной семинарии, а в следующем году переведен на должность ректора Киевской Духовной академии. При личных заслугах и достоинствах архимандрита Мелетия неудивительно, что его часто переводили с места на место: всюду он был нужен.

Почти через два года архимандрита Мелетия назначили настоятелем Златоверхо-Михайловского монастыря, и в ту же пору в Святейшем Синоде было решено вручить ему епископский жезл.

Хиротонию ректора Киевской Духовной академии архимандрита Мелетия во епископа Чигиринского, викария Киевской епархии, совершали архиепископ Черниговский Лаврентий и епископ Нижегородский Афанасий 21 ноября 1826 года, в день Введения во храм Пресвятой Богородицы в Киевском Софийском соборе.

В апреле 1828 года последовало назначение Преосвященного Мелетия на Пермскую кафедру, и в конце мая Владыка, сердечно простившись со своею обителью и Киевом, выехал в далекий путь. Промыслу Божию угодно было возводить Святителя Мелетия из меры в «меру возраста исполнения Христова».

Из Киева в Пермь путь лежал через Москву, где Преосвященному Мелетию удалось выслушать добрые советы от своего опытного академического наставника, бывшего тогда уже на Московской Первосвятительской кафедре, митрополита Филарета (Дроздова).

В Перми Святителя Мелетия встретили новые заботы, много неразрешенных и запущенных дел, которые получили надлежащий ход и были разрешены при новом и неутомимом архипастыре, поселившем вскоре в сердцах своей паствы глубокое к себе уважение и любовь. Постоянно питая свой дух келейной молитвой, частым благоговейным богослужением и чтением святоотеческих творений, Святитель Мелетий всегда пребывал в богомыслии и духовном делании. Он с таким горячим усердием совершал священнодействие в храме, с такой живой и пламенной молитвой приносил Богу бескровную жертву, совершая Божественную Литургию, что православная паства уже тогда называла его святым.

Ровно три года управлял он Пермской епархией, и в июне 1831 года состоялся его перевод из Перми в Иркутск с возведением в сан архиепископа.

В огромной Иркутской епархии Святитель Мелетий развернул широкую миссионерскую деятельность, просвещая сибирские народы Христианским учением. Святитель основал церкви на севере Камчатки, в северо-восточной части Иркутской епархии, на тракте от Якутска до Охотска. Он часто обозревал свою обширную епархию, был на побережьях Охотского моря и Ледовитого океана, в пределах Северной Америки, где тогда трудился знаменитый Апостол Сибири священник Иоанн Вениаминов, впоследствии Святитель Иннокентий.

После неутомимых трудов в Иркутской епархии при суровом климате и бездорожье здоровье Святителя ухудшилось, и он был переведен на Слободско-Украинскую кафедру (впоследствии Харьковская и Ахтырская) в город Харьков, где и пробыл до своей блаженной кончины.

С вступлением на Харьковскую кафедру Высокопреосвященного Мелетия для жителей Харькова настала духовная радость в постоянном служении Владыки, ибо ни один праздничный или воскресный день не оставался без архиерейского служения, чего до Святителя Мелетия в Харьковской епархии не было. В архиве Синодальной канцелярии, который сейчас находится в ЦГИА СССР, содержатся многочисленные сведения об открытии им новых церквей. Святитель Мелетий, насколько возможно, скрывал от людей свои молитвенные подвиги и добродетели, соблюдая их для Отца Небесного, видящего втайне. Так он в простой монашеской рясе навещал больных, страждущих и несчастных, беседовал с ними, утешал, молился за них и помогал, как мог, материально, подчас раздавая все свое жалованье. Святитель посещал тюрьмы, устраивал трапезы для бедствующих, заступался за обиженных, усердно молился за тех, кто просил его молитв.

Однажды произошел такой случай. Архимандрит Иоанн (Оболенский) пожаловался в Святейший Синод на архиепископа Мелетия, что тот медлителен в делах епархиальных, не подозревая при этом крайнюю болезненность и тяжелые страдания Святителя. Святитель пригласил архимандрита Иоанна к себе и спросил его, какие именно незавершенные епархиальные дела тот имел в виду, ибо все дела находились в надлежащем состоянии. После чего владыка Мелетий сказал келейнику снять с него рубаху, и архимандрит увидел, что тело Владыки покрыто ранами, а в некоторых местах виднелись обнаженные кости. Поняв, что это произошло от чрезмерного поста, архимандрит тотчас пал к ногам Святителя и на коленях просил у него прощения. Святитель сказал ему: «Бог тебя да простит, и я прощаю. Иди с миром, да молчи».

Ежедневно Святитель Мелетий придерживался такого молитвенного правила: одевшись в черную рясу, в девять часов вечера становился на молитву, которая у него продолжалась до трех часов ночи. Затем четыре часа отдыхал, после чего слушал в церкви утреню и раннюю литургию. Харьковчане хранили много свидетельств о его кротости, бессребреничестве, необыкновенном трудолюбии, аскетическом воздержании, прозорливости, простоте в обращении, о его даре исцелений и чудотворений. Все это делало его подобием архиереев первоначальной Христианской Церкви.

За три дня до своей кончины, когда он уже был крайне слаб силами телесными, духовные его силы, казалось, наоборот, возрастали и были устремлены в молитвенном горении к Богу, Лицу Которого он готовился предстать. В эту ночь его келейник видел во сне Святителя Митрофания Воронежского с двумя светоносными юношами в белых одеждах у одра Святителя Мелетия. Затем Явившийся светоносный Муж в багряной рясе сказал юношам: «Откройте» — и те вскрыли перси лежавшего Святителя до самого сердца, из которого вырвался пламень. «Довольно, — сказал Явившийся Муж, — пора успокоить». — «Повели, Владыко», — отвечали юноши. Святой же Митрофан краем своей схимы покрыл перси Святителя Мелетия. На этом келейник проснулся и, думая, что Святитель скончался, поспешил к нему. Но он был жив и лежал на одре с блистающими неземной радостью очами. «Чего ты испугался? — сказал Святитель келейнику.

Не бойся, через три дня будет кончина» — и снова погрузился в молитвенное молчание.

Настало утро 29 февраля 1840 года. Пригласив братию и духовника со Св. Дарами, Преосвященный исповедался, взял Чашу в свои руки, с глубоким чувством прочитал молитву перед причастием: «Верую, Господи, и исповедую...» — и приобщился Св. Христовых Тайн. После чего прочитал: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, Трисвятое, Отче наш», простился с окружающими, прочитал: «Все упование мое на Тя возлагаю Мати Божия. сохрани мя под кровом Твоим», осенил себя крестным знамением, сказал: «Простите меня» — и предал дух свой Богу. Вскоре архиерейский дом наполнился множеством православных, с благоговением и любовью целующих святительскую десницу. В течение шести дней до погребения на теле усопшего Святителя не было заметно не только признаков тления, но оно издавало благоухание. 4 марта 1840 года чин погребения усопшего Святителя совершил епископ Курский Илиодор в усыпальнице под Крестовой церковью Покровского монастыря.

С первых дней кончины Святителя верующие люди твердо уповали на предстательство святого Мелетия пред Богом и получали благодатную помощь: исцеление в болезнях и утешение в скорбях. Особую надежду возлагали верующие харьковчане на святого Мелетия в бедственные дни Великой Отечественной войны. Чудесным извещением святой предсказал скорое избавление города от врага.

В 1948 году с благословления Святейшего Патриарха Алексия гробница с мощами Святителя Мелетия была перенесена в Благовещенский кафедральный собор города Харькова, где находится и по сей день, являясь духовным прибежищем и молитвенным утешением верующих людей. Со дня утверждения в 1978 году Святейшим Патриархом Пименом и Священным Синодом службы и акафиста Святителю Мелетию, представленных митрополитом Ленинградским и Новгородским Никодимом, верующие харьковчане, давно почитающие владыку Мелетия святым, молятся каждую среду вечером за акафистом Святителю, прося его молитвенного ходатайства о благосостоянии Святой Церкви, о мире и благоденствии Отечества.

Дорогие братья и сестры, таковы были выдающиеся церковные деятели, составившие 1-й выпуск Петербургской Духовной академии. Будем постигать богословские и другие науки с тем же усердием, с каким постигали их наши предшественники. Не будем забывать, что только духовный опыт живого Богообщения в молитвах, таинствах церковных, во всей богослужебной жизни, в делах милосердия может служить основанием для богословской мысли и для усвоения всех наук, преподаваемых в духовных школах. Тогда все наши знания, которые есть и которые нам еще только предстоит освоить, приобретут силу свидетельства об истине, которая есть свет христианского учения. Живым напоминанием о высоте пастырского служения, о неутомимой деятельности в области духовного просвещения и являются выпускники 1-го курса Петербургской Духовной академии, сочетавшие в себе высокую образованность с высокой духовностью.

 

Навигация

Система Orphus