Сайт создан по благословению Высокопреосвященнейшего
Митрополита Тверского и Кашинского Виктора

Архипастырский путь священномученика Киприана Карфагенского

За те 70 лет, что прошли со времени первого упоминания о христианстве в Северной Африке (история с сицилийскими мучениками, 180 г. по Р. X.) до смерти Киприана, епископа Карфагенского (258 г. по Р. X.), Церковь необыкновенно выросла. К середине III века Церковь в Северной Африке насчитывала 250 епископов. Рост был не только количественным; возрастала и внутренняя убежденность, и верность христиан. История жизни Киприана показывает со всей ясностью, как сильно все изменилось в Северной Африке.[1] Личность священномученика Киприана Карфагенского следует рассматривать как главного авторитета латинской Церкви после св. Августина, как крупнейшего свидетеля Предания по вопросам церковного бытия – несмотря на то, что под влиянием Тертуллиана его мышление приобретает категоричность в отношении границ Церкви и спасения.[2] Квинт Септимий Флоренс Тертуллиан явился первым значительным христианским богословом, писавшем на латинском языке, и открыл собой плеяду латинских авторов африканского происхождения, в том числе и священномученика Киприана Карфагенского. Несомненно, Тертуллиан оставался для них бесспорным авторитетом на протяжении всей его жизни. «Дай мне учителя» – фраза св. Киприана Карфагенского, без которой он не обходился и ни одного дня (Иероним, О знаменитых мужах, 53).[3] Но все-таки св. Киприан Карфагенский принадлежит греческой патристике то же, хотя писал он на латинском языке, но в его учении еще не было ничего специфически-западного (такие черты появятся лишь у латинских отцов IV в.) и, самое главное, его богословское учение было положено в основу экклезиологических учений IV и последующих веков.[4]

Подробнее...

Книга Иова в контексте Мировой литературы.

К Библии восходит большая часть мировой культуры. Сама же книга Иова своей сюжетной линией, стилистикой и особо насыщенной художественной эмоциональностью, как истинный литературный шедевр оказала огромнейшее влияние на последующее письменное творчество и религиозную мысль.

Подробнее...

Премудрость Божия в книге Премудрости Иисуса сына Сирахова

Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова – это неканоническая книга, не включенная в масоретскую Библию, хотя и написанная на еврейском языке: «входит в греческую Библию, но отсутствует в еврейском каноне».[1] Православная оценка каноничности книг Священного Писания зиждется на оценке важности содержания данных книг. Само греческое слово канон «kanon» имеет свое этимологическое начало в еврейском «канне», что означало измерительную трость.[2] У александрийских и греческих ученых это слово означало образец, правило; у грамматиков это слово означало правила склонения грамматических форм; у критиков древней литературы – каталог произведений; у новозаветных писателей – нравственные правила (Гал. 6:16; Фил. 3:16; 1 Кор. 10:13 – 16).[3] «По отношению к священным книгам название «канонические» указывает на то, что они как написанные по откровению от Св. Духа, содержат в себе непреложную истину и потому в своем содержании представляют неизменные правила веры и нравственности».[4] Наименование же «неканонических» книг основывается на признании таких книг не боговдохновенными. «Неканоническими же книгами Священного Писания называются книги, которые, хотя написаны благочестивыми мужами, но не боговдохновенны и потому не могут служить во всем своем содержании неизменным правилом веры и нравственности и определениями Церкви не внесены в список священных боговдохновенных книг».[5] Святитель Филарет Московский в своем «Пространном христианском катехизисе» при делении книг Библии на канонические и неканонические, обосновывает отделение последних отсутствием их еврейского оригинала и наличием только греческого первоисточника.[6]

Подробнее...

Смерть и воскресение Господа нашего Иисуса Христа в проповедях митрополита Антония Сурожского

В Евангелии от Иоанна о единстве Отца и Сына часто говорит Сам Христос. Он есть дверь к Отцу, и Он же всегда пребывает с Ним. Но подобное мистическое восприятие личности Христа не мешает евангелисту видеть в Нем подлинного человека (у святого евангелиста Иоанна говорится о Его усталости, о Его любви к Лазарю, над могилой которого Он плачет, о Его душевном томлении). В рассказе о воскрешении Лазаря Спаситель плакал о том, что Лазарь должен был умереть, потому что мир во зле лежит и всякий человек в силу греха смертен. Христос плакал как о Своем друге Лазаре, так и об этом ужасе: Бог дал всей твари вечную жизнь, а человек грехом ввел смерть, и вот светлый юноша Лазарь должен умереть, потому что когда-то грех вошел в мир. Поэтому слезы – дар Божий. Так что люди имеют право плакать над тем, что смерть скосила любимого, плакать о том, что они остались сиротами.[1] В иконописи Лазарь обычно изображается выходящим из гроба; икон же, где был бы изображен сам момент Воскресения Христова, нет. Отличие объясняется тем, что по природе своей эти события не были тождественными. Лазарь вернулся к временной жизни; между тем пасхальная тайна знаменовала полное преображение человеческого естества Христова.[2]

Подробнее...

Евхаристическое учение Православной Церкви

Еще задолго до установления евхаристии Господь постепенно открывал человечеству значение Таинства, то есть подготовлял к его приятию. Весь мир задуман как «Космическая Литургия. Мир создан, чтобы быть – и стать Церковью, телом Христовым».[1]

Подробнее...

Страстная Седмица и распятие Господа нашего Иисуса Христа в толкованиях митрополита Антония Сурожского

В Евангелии от Иоанна о единстве Отца и Сына часто говорит Сам Христос. Он есть дверь к Отцу, и Он же всегда пребывает с Ним. Но подобное мистическое восприятие личности Христа не мешает евангелисту видеть в Нем подлинного человека (у святого евангелиста Иоанна говорится о Его усталости, о Его любви к Лазарю, над могилой которого Он плачет, о Его душевном томлении). В рассказе о воскрешении Лазаря Спаситель плакал о том, что Лазарь должен был умереть, потому что мир во зле лежит и всякий человек в силу греха смертен. Христос плакал как о Своем друге Лазаре, так и об этом ужасе: Бог дал всей твари вечную жизнь, а человек грехом ввел смерть, и вот светлый юноша Лазарь должен умереть, потому что когда-то грех вошел в мир. Поэтому слезы – дар Божий. Так что люди имеют право плакать над тем, что смерть скосила любимого, плакать о том, что они остались сиротами.[1]

Подробнее...

Генезис Вечери Господней

Иисус, несомненно, соблюдал иудейские праздники Своего времени, но и показывал в то же время, что свой полный смысл они получают только от Него Самого и осуществления Его дела, - например, в том, что касается праздника Кущей или Обновления и особенно Пасхи: Он сознательно запечатлел Новый Завет Своей Пасхальной жертвой. Этой новой и окончательной Пасхой Христос исполнил также чаяния праздника Очищения, ибо Его кровь дает доступ в истинное святилище (Евр. 10:19) и к великому торжествующему собранию в небесном Иерусалиме. 

Подробнее...

Обозрение кантианской концепции

Иммануил Кант (Immanuel Kant, первоначально Cant) – основатель философского критицизма, представляющего поворотную точку в истории человеческой мысли. Согласно собственному сравнению с Коперником, Кант не открыл для ума новых миров, но поставил самый ум на такую новую точку зрения, с которой все прежнее представилось ему в более истинном ракурсе.

Подробнее...

Религиозно-философские собрания 1901 – 1903 годов.

Религиозно-философские собрания в Санкт-Петербурге в 1901-1903 годах были встречей богоискательской русской интеллигенции и Православной Церкви. РФС воплотили перемену интересов части интеллигенции от материализма, позитивизма и атеизма к религиозно-философским вопросам. На фоне огромных успехов теоретической и прикладной науки к концу XIX в. нарастает чувство неудовлетворенности «научным мировоззрением». Вера в прогресс не могла заменить веры в Бога. Такое достаточно массовое религиозное пробуждение русской интеллигенции появилось не на голом месте. Достаточно вспомнить П.Я. Чаадаева, Н.В. Гоголя, славянофилов, Ф.И. Тютчева, Ф.М. Достоевского и др. Н.А. Бердяев отводил здесь особую роль Л.Н. Толстому: «Всеми признается, что зачинателем религиозного брожения в России является Л. Толстой, он пробил брешь в религиозном индифферентизме русской интеллигенции, и запросы религиозного сознания поставил в центре внимания».[1]

 

Подробнее...

О происхождении историософской концепции «Москва – третий Рим»

Истории национально-религиозного самосознания конкретной народности посвящено много разнообразных монографий, несмотря на то, что идея «нации», или «национальности», достаточно молодая. Идеологеме «Третьего Рима» можно найти ряд параллельных концепций в историческом континууме. Хотя теза о «Третьем Риме» потеряла прежний авторитет и глубинное значение в силу усиливающихся и доминирующих в современной светской культуре антирелигиозных тенденций, все же ее универсалистский смысл не потерян для небольшой группы консервативных верующих христиан. Большинство же нынешних популярных церковно-государственных доктрин страдают внутренним интеллектуальным провинциализмом, ограниченностью, закрытостью. Не многие идут на диалог с совершенно иными культурами. При этом большинство пытаются представлять себя претендующими на универсализм и истину в последней инстанции, избирая своим источником небольшую совокупность исторических событий, ограниченных локальной интерпретацией. Вселенское нынешнее оценивается с позиций конкретно фиксированного территориального прошлого (частное событие во временно-пространственном континууме является центральным и определяющим для всех остальных). Здесь возникает проблема забвения «Другого», отдаленного от нас во времени или пространстве. Доктрина «Третьего Рима», всегда претендовавшая на внутреннюю силу, вселенскость и универсализм, вероятно, сможет здесь помочь современным религиозно-политическим концепциям отказаться от закрытости и провинциализма.

Подробнее...

Навигация

Система Orphus